Древний Египет! (Временной Туннель)

ГЛАВА 6.
Древний Египет!

ВРЕМЕННОЙ ТУННЕЛЬ

Свами Криянанда

На следующее утро мальчики вернулись из времени в безвременную зону.  Гензель ждал их там – конечно же, терпеливо, поскольку (как он сказал), «не было никакой задержки, по поводу которой можно было бы проявлять нетерпение».

– Я давно хочу вас кое о чем спросить, – сказал Бобби, – но все время забываю. Мой вопрос состоит в следующем: что это за гул, который мы слышим всякий раз, когда проходим через временной туннель? Как я сказал Донни, когда мы вошли в него в первый раз, этот гул показался мне почти живым!

-В каком-то смысле он и есть живой,  – ответил Гензель. – Видишь ли, «субстанция», из которой состоит все сущее – это сознание. Наука пока еще этого не знает, но я открыл эту истину в своих путешествиях в будущее. В наши дни ученые все еще настаивают на том, что единственной реальностью является то, что мы можем увидеть и почувствовать: все, что имеет вес, размеры и до чего можно дотронуться. «Материя не может быть ни создана, ни уничтожена» – вот лозунг, который они провозглашают на каждом углу. Но чего они не знают, так это того, что материя, вообще-то, может быть преобразована – в энергию! Через несколько лет они взорвут атом и превратят его в энергию. А со временем обнаружится, что энергия – это всего лишь вибрация мысли. Еще несколько столетий спустя они обнаружат, что мысли, в свою очередь, являются вибрациями сознания – что сознание присутствует во всем. На самом деле, правильнее будет сказать, что сознание и есть все, а не просто присутствует во всем. Вибрации сознания произвели все то, что мы знаем как существование.

– Этот мир сознателен. Мы можем задаться вопросом, а является ли он самосознающим? Является ли он сущностью сам по себе? Есть ли у него чувства? В камнях, конечно, сознание дремлет. (Мне бы и в голову не пришло играть с камнем в шашки!) Но, так или иначе, в них все же присутствует некий вид самосознания. Точно так же везде присутствуют чувства  – в червях; в каждом атоме.

– Те пульсации, которые вы слышали в туннели – это вибрации чувств. Снаружи туннеля, над ним и по обеим его сторонам, мы с отцом уложили слоями бесчисленное количество кристаллов. Солнечный свет, проходя через эти кристаллы, заряжает их энергией. Вот почему мы построили нашу лабораторию напротив скалы, чтобы ловить отраженный от скал солнечный свет. Кристаллы издают гудение, соответствующее энергетическим вибрациям земли. Это вибрационное движение, выраженное в виде гудения, внутренне самоуничтожается, ликвидируя  размеры и, следовательно, пространство. Без пространства время перестает существовать, и (как вы видели) пройдя через туннель, человек попадает из времени в безвременье. – Гензель многозначительно посмотрел на мальчиков.

– Ты хоть что-нибудь  понял из того, что он сказал? – спросил Бобби старшего брата.

– Ничего! – воскликнул Донни.

– Но ведь это же так просто! – запротестовал Гензель. – Движение в пространстве – вот что создает иллюзию времени. Без пространства не было бы движения, а, следовательно, и времени!

– Ну, вам лучше знать, – примирительно сказал Бобби.

– Не могли бы мы сменить тему? – немного раздосадованно спросил Донни. – Лично меня больше интересуют те люди, которых мы видели вчера в Румынии, а позже в Швейцарии. Во–первых, Влад и его солдаты. Пленники были напуганы почти до смерти, тогда как другие мужчины стоящие  вокруг них, смеялись – что с ними такое? Но, даже смеясь, они не казались по-настоящему счастливыми. То же и в отношении Гесслера и его людей.  Я думаю, что, хотя эти люди, возможно, и наслаждались своей властью, но самими собой они не были довольны.

– Совершенно верно,- сказал Гензель. – Каждый, кто совершает дурной поступок,  так или иначе внутренне страдает. Это одно из тех осознаний, которые к вам приходят, когда вы путешествуете во времени: вы очень скоро начинаете видеть, что из того, что делает поступок или отношение дурным, ничего хорошего не выходит – особенно для самого человека. Это не работает! И вы начинаете видеть, что же, на самом деле, работает, а что, кажется, работает даже еще лучше.  Например, чем больше вы помогаете другим, тем счастливее становитесь сами! Вы можете лучше усвоить этот урок, если сцены, разворачивающиеся перед вами, дистанцированы от вашей собственной реальности; тогда вы сможете увидеть их более объективно.

Донни, обдумав то, о чем говорил Гензель, сказал:

– Большинство людей, вероятно, сказали бы, что причина страданий Влада – если он страдал – заключалась в том, что он знал, что все его ненавидят. Но перед кем-то таким же бесчувственным как он сам, он, должно быть,  гордился собой.

– На самом деле, – сказал Гензель, –   думаю, в конце концов, он возненавидел себя! Скорее всего, его ненависть к себе наслоилась на самооправдание, а также на ненависть и призрение ко всем остальным. Главная проблема людей в том, что они слишком сосредоточены на себе. Люди инстинктивно знают, что они являются частью всеобщего сознания! Поэтому они стараются как-то выделить свое маленькое «я», наслаивая на него разного рода самоопределения. Эти самоопределения множатся, пока не станут невыносимыми, потому что сам их вес придавливает людей чуть ли ни к земле. Они ненавидят это бремя, а не самих себя! Но они не знают, как отличить одно от другого, поэтому продолжают добавлять все новые и новые самоопределения к уже существующему бремени.

– То, что было отличительной чертой Влада – это его безразличие к страданиям людей. А то, что стало непосильно тяжелым – это стена, которую он возвел вокруг себя, решив  исключить всех из круга своих симпатий.

Донни сказал:

– Что может быть более невыполнимым, чем пытаться исключить реальность других людей из своей собственной реальности?

– Влад видел это не так, – ответил Гензель. – Он сказал себе, что хочет быть реалистом и смотреть на жизнь без иллюзий. Поэтому он ожесточил свое сердце. Твердая оболочка, которую он построил вокруг своего сердца, стала для него бременем, которое наполняло его гневом против всех, потому что он считал, что это другие люди заставили его создать эту оболочку. Бедный Влад связал себя ментальными и эмоциональными узлами! Он страдал сильнее, чем любой из тех, кого он заставлял страдать. Его проблема заключалась в том, что, убив свои чувства, он также убил и свою способность испытывать счастье!

– Ему нужно было бы понять, что он ничем не лучше других! –  пропищал Бобби.

– А чтобы сделать это, – глубокомысленно произнес Донни, – нужно было бы убедиться, что он ничем не отличается от них.

– И как же он мог это сделать, – заметил Гензель, –  если его жизнь была посвящена тому, чтобы подчеркивать свое отличие от других, как он это себе представлял? У всех у нас в основном одни и те же потребности: еда, например, отдых и счастье. Сердечные же чувства Влада страдали несварением, как переполненный желудок! Он питал эти чувства свинцовым эгоизмом, как некоторые люди кормят свой желудок тяжелой пищей.

– Такой человек, – задумчиво произнес Донни, – никогда не мог создать в этом мире ничего стоящего. Все, что он делал, приносило страдание – другим, но больше всего ему самому!

– Это снова возвращает меня к мысли о Египте, – сказал Бобби. – Как могла нация, одобряющая рабство, поддерживать строительство таких благородных сооружений как Великая пирамида?

– Ты прав, называя её благородным сооружением, – сказал Гензель.- Сама её цель была благородной. Она была построена, чтобы помогать людям.  И уж точно не как памятник власти. Тот, кто так думает, почти ничего не знает о человеческой природе. Считается, что пирамиды были построены силами рабов. Но помимо того, что рабам пришлось бы затаскивать эти огромные каменные глыбы вверх по очень длинным пандусам, высоту которых, опять же, приходилось бы постоянно менять и тащить их слишком далеко, чтобы это было практически осуществимо, – помимо всего этого, рабовладение просто не являлось одним из аспектов той жизни, которую вели в ту пору люди.

– На самом деле, при постройке пирамид они прибегли к тому же типу вибраций, которые мы с отцом встроили в наш временной туннель.

– Вы хотите сказать, – сказал Донни, – что построили этот туннель так, чтобы он получал эти вибрации?

– Точно! – сказал Гензель. – Вибрации уже были. Вся вселенная – это проявление вибраций. Вибрации как порождают, так и порождаются звуком. Различное звучание вибраций предопределяется  разным уровнем самих вибраций – от более тонких к более грубым. Сначала, чтобы произвести тонкую материю, энергия  вибрировала звуком, похожим на тот, который производит ветер в деревьях, или на рев океана – можно сказать, такой порывистый звук.

– Затем, производя газы, энергия вибрировала более грубо. Звук ее вибрации был похож на глухой звук гонга, или на звук огромных церковных колоколов.

– Энергия, вибрирующая еще более грубо, произвела огненные газы в звездах. Она издавала тонкий звук, похожий на звук щипкового струнного инструмента.

– Еще более грубо вибрирующая энергия произвела жидкости, такие как вода или расплавленные металлы. Эта вибрация издавала звук, похожий на звук флейты или льющейся воды.

– И, наконец, энергия, вибрирующая грубее всех остальных, произвела  твердую материю. Она издавала глухой гул – вроде того, что вы, ребята, слышали во временном туннеле. Этот звук постепенно растворял вас, перенося  из времени в безвременье.

– Так вот что мы слышали! – воскликнул Бобби. – Это были вибрации самой земли?

– Люди, которые создали пирамиды, жили в гораздо более высокую эпоху, чем наша, – сказал Гензель. – Они умели манипулировать звуками и имели множество инструментов – большие барабаны для того, чтобы имитировать глухой гул твердой земли; флейты для жидкой материи; арфы для огненной материи; глухо звучащие гонги для газообразной материи; и порывистый звук, производимый еще одним инструментом, знание о котором не дошло до наших дней.

– Кроме того, множество жриц и жрецов громко пели как чанты определенные сакральные звуки. Все эти звуки вместе поднимали огромные каменные глыбы на отведенное им место и вставляли их между другими такими же камнями способом, который до сих пор удивляет исследователей. Поскольку эти камни никак не могли быть уложены с такой точностью кроме как сверху вниз. И никто не смог бы уложить их снизу вверх без использования огромных кранов, которые были бы неповоротливыми и совершенно неспособными так точно подогнать эти огромные каменные блоки.

– О боже! – воскликнул Донни. – Это потрясающе. Подумать только, человечество способно на такие подвиги! Почему бы нам не отправиться туда и не посмотреть самим?

Сказано, сделано! Все трое быстро закутались в свои свето-временные сферы и тут же оказались на широком песчаном плато. Они остались в своих сферах, невидимые и неслышимые снаружи, но обнаружили, что могут легко общаться друг с другом.

Прямо перед собой они увидели наслоение массивных каменных блоков, уложенных так, что вся конструкция сужалось, сходя к верхушке на нет.

– Мне кажется, что рабы никогда не смогли  бы построить Великую пирамиду, – сказал Донни. – Мама говорила, что её построили в качестве гробницы для египетского фараона Хеопса.

– Пирамида никогда не служила подобной цели! – негодующе воскликнул Гензель. – Хеопс добавил свое имя на древний монумент, как это делали другие фараоны его эпохи, чтобы присвоить себе часть славы прошлого. Фантазия о рабском труде была создана очень ограниченными людьми, неспособными вообразить себе более благородную цель. Однако в этой так называемой гробнице никогда ничего не было найдено: ни золота, ни сокровищ, ни – главное – человеческих останков. Она всегда была пуста. Функция так называемого саркофага совершенной формы, который они обнаружили во внутренней камере, была совершенно иной. Любопытно, что крышку от него так и не нашли. Более поздние ученые предположили, что Великая пирамида была построена для целей инициации.

Бобби, вполне естественно, переспросил:

– А что такое ициация?

Гензель объяснил, поправив его:

– Инициация или посвящение – это особая церемония, на которой жрецов учили тому, что должны были знать только они. Например, во время этих обрядов они могли научиться петь определенные молитвы таким образом, чтобы генерировать силу.

– Как, например, «Богородице Дево, радуйся…»? – спросил Бобби.

– Ну да, что-то в этом роде, – согласился Гензель. – Во всяком случае, некоторые ученые предположили, что это и было ее предназначением. У других были менее интересные теории. Сторонники теории «инициации», по крайней мере, понимали, что Великая пирамида имела более высокое предназначение, чем просто служить прославленной гробницей!

– Но зачем же они построили такое огромное сооружение, – спросил Донни, – если оно предназначалось только для  того, чтобы хранить маленький ларец-саркофаг  для  частных инициаций?

– Так называемая «гробница», – сказал Гензель, – предназначалась для чего-то гораздо большего. И она не была построена только для людей, которые хотели получить что-то для себя, будь то погребение или тайная инициация. Она была построена для того, чтобы духовно продвинутые жрецы могли посылать  оттуда благословения всему миру.

– Интересным фактом в отношении Египта, – заключил Гензель, – является то, что, как цивилизация, она началась в самом расцвете. Нет никаких признаков более раннего её восхождения из небытия.

– Вы хотите сказать, – спросил Донни, – что вся известная история Египта шла под уклон?

– Это подтверждается различными свидетельствами, – ответил Гензель. – Еще одним фактом, который отмечают эти ученые, является то, что Египет расположен более или менее  в центре Земного массива. И Великая пирамида, как они утверждают, стоит в самом центре Земли.

Все трое наблюдали за быстрым возведением пирамиды, по мере того как проносились  вперед через много лет, которые потребовались для ее завершения. Внезапно они увидели перед собой не просто огромную пирамиду из камней, а гладкое, блестящее сооружение из белого известняка, сияющее отраженным светом над плоской пустыней на протяжении многих миль.

– Перед одними из городских ворот Рима, – рассказал им Гензель, – стоит пирамида гораздо меньших размеров. Она не выглядит  так, как в наши дни выглядит Великая пирамида, потому что все еще покрыта гладким белым известняком, как тот, что вы видите сейчас. Так Великая пирамида выглядела первоначально. Столетия спустя, когда был построен современный Каир, люди забрали облицовочный камень с пирамиды для постройки своих жилищ. Как я слышал, половина Каира была построена из камней Великой пирамиды. Когда-то давным-давно она не была лишь огромным нагромождением  массивных каменных блоков, каким люди видят ее сегодня. Вместо этого пирамида сияла в пустыне, как огромный драгоценный камень.

– Как люди со временем обнаружат, форма пирамиды порождает особую энергию. Внутри нее люди входят в высшее состояние сознание.

На этом месте Донни прервал его, чтобы спросить:

– Что вы имеете в виду, говоря «высшее»?

Гензель снова улыбнулся.

– Я имел в виду, что они начинают осознавать все вокруг более интенсивно. Это как, когда вы пробуждаетесь утром ото сна, только еще в гораздо большей степени. Вместо того чтобы лежать и беспечно о чем-то размышлять (как люди часто делают по утрам), человек в высшем состоянии сознания полностью погружается в бОльшую пробужденность. Он вообще ни о чем не думает. Он никогда еще не чувствовал себя таким живым! Знаете, когда вы находитесь в этом состоянии, вы испытываете невероятно захватывающее ощущение полноты жизни!

– О, кажется, я понимаю, что вы имеете в виду! – воскликнул Донни. – Когда я был намного младше, я часто видел по ночам в постели свет, когда закрывал глаза. А еще я видел невероятно прекрасные сцены. Но – продолжал он признаваться, – были и другие ночи, когда я ужасно боялся высунуть руку за край кровати, из страха перед той пантерой, которая, как я знал, пряталась под ней, ожидая, чтобы схватить меня!

Гензель улыбнулся, а затем прокомментировал:

– Что ж, «пантера» подсознательных страхов таится в умах большинства людей. Великая пирамида предназначалась для того, чтобы помочь поднять сознание людей над этими страхами. Внутри пирамиды располагалась еще одна камера – немного ниже. В верхней камере жрецы, обладающие великой духовной силой, лежали в саркофаге и посылали эту силу из пирамиды всему миру. Однако мужская энергия отличается от женской. Для правильного баланса нужны были еще и жрицы, посылающие более всеобъемлющую энергию. Вместе они, жрецы и жрицы, работая внутри энергогенерирующей пирамиды, излучали огромную силу всему миру, а также великую защиту для  Египта.

– А что делала эта сила? – спросил Бобби.

– Она несла в мир доброту, умиротворенность и счастье. Это была целиком и полностью сила добра, – ответил Гензель. – Может, подождем и посмотрим?

Внезапно их перенесло вперед, в будущее, как аудиопленку на быстрой перемотке – только в этом случае перематывался не звук, а мелькающие мимо них на огромной скорости сцены.

В Великую пирамиду вошли жрец и жрица. Трое наших друзей в своих свето-временных сферах последовали за жрецом. Они увидели, как он ложится в открытый саркофаг.

– Как я уже говорил, крышку для этого саркофага так никогда и не нашли, – сказал Гензель. – А сам саркофаг был вырезан, как ни удивительно, из цельного куска камня! Я не знаю ни одного современного инструмента, который мог бы так идеально выполнить эту работу.

Жрец лег внутрь саркофага и с улыбкой блаженства на устах закрыл глаза, а затем… совсем перестал дышать!

– Как он это сделал? – спросил Бобби.

– Он вошел в высшее состояние сознания, – объяснил Гензель.

Трое наших друзей реально почувствовали покой, струящийся над ними подобно ливню света. Некоторое время они сидели  молча, наслаждаясь этим покоем и чувствуя, как очищаются им.

– Столетия спустя, – сказал Гензель, – мир начал терять свое высокое духовное сознание. Коренные египтяне стали думать лишь о том, как им манипулировать  формами и звуками, чтобы обрести власть для самих себя. Постепенно они впали в то, что сначала было обычной магией, но позже приняло форму черной магии. С помощью этой силы люди пытались причинять друг другу боль. Тогда и сам Египет, и весь Африканский континент погрузились во тьму суеверий, охваченные жаждой разрушения.

– Совсем скоро Африка снова начнет подниматься и вновь займет свое законное место среди процветающих (ибо идущих по праведному пути развития) наций.

– О, Гензель! – воскликнул Донни. – Вы открываете такой взгляд на историю! Это может потрясти все человечество!

– Да, – согласился Гензель, – но может быть, уже пришло время потрясти людей? Сегодня слишком распространено невежество, ибо именно таковыми являются человеческие помыслы. Поскольку  сознание людей материалистично, они не могут представить себе реальности выше, чем материя. На самом же деле наша Земля  – часть космической среды обитания. Она проходит через изменчивые влияния. Интенсивность осознанности людей поднимается и падает, как я уже говорил, подобно волнам. В прошлом существовали более высокоразвитые цивилизации, чем наша, а также очень низко развитые.  Сейчас мы находимся на восходящей волне осознанности. В будущем произойдут радикальные перемены к лучшему. Человечество даже отправится на далекие планеты – возможно, в отдаленные галактики, поскольку и время, и пространство – это космические иллюзии!

– Ух ты! – воскликнул Бобби. – И что, по-вашему, произойдет потом?

– Говорят, небо – это предел! Не попробовать ли нам отправиться в будущее – может быть, завтра?

Бобби сказал:

– О, я думаю, я бы лучше сначала отправился в Атлантиду!

– Атлантида! – воскликнул Донни. – Я ничего о ней не знаю. Но они тогда были очень развиты. Давайте сперва отправимся туда!

– Что ж, очень хорошо,- заключил Гензель. – Завтра – Атлантида!

Они вернулись в своих свето-временных сферах в исходную точку их путешествия, опять вошли в туннель, не спеша искупались в ручье – и все это в тот же день! А потом – ужин и постель.

Продолжение следует…

0 ответы

Ответить

Хотите присоединиться к обсуждению?
Не стесняйтесь вносить свой вклад!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *